nigemidzu
Живу в других мирах.
Так, баловство. Слеш.

Напарники

Жак неспешно потягивал коктейль, ядовито-зеленый, но без алкоголя – он никогда не пил перед заездами. Жидкость в стакане подрагивала в такт тяжелым басам, гремевшим из колонок.
- Ну что, пошли? – тяжелая рука легла на плечо, Ти-Рекс на миг достаточно ощутимо прожался сзади, а затем подтолкнул к выходу.
- Сделаем их, напарник – Жак ухмыльнулся, и на грубоватом лице приятеля появился ответный белозубый оскал.

Жак застыл напряженной стрелой, рядом, защищая бок, замер Ти-Рекс. Дальше, вдоль белой линии, хохоча и переругиваясь, выстраивались другие гонщики.
Десять секунд. Нетерпеливо ревут моторы, человеческое море шумит вокруг. Пульс учащается. Дыхание тоже. Руки крепко, до судороги сжимают руль. Мотоцикл ощущается продолжением тела – он тоже вздрагивает от нетерпения.
Пять секунд. Волнение достигает критической точки, переходя в панику, и едва удается удержать себя, не рвануть с места.
Четыре. Время замедляется, сознание стает чистым, как белый лист, мысли и тревоги исчезают.
Три. Два. Один. Старт! В голове взрывается фейерверк, педаль газа резко вжата до упора, «Тень» едва не стает на заднее колесо, резко стартуя вперед. Тело само привычно вжимается в теплый метал мотоцикла. Рывок вбок, блокировать противника, попытавшегося вырваться вперед, упорно наращивать скорость, увеличивая отрыв. Чувствуя лишь горячий ток адреналина в крови, Жак, как всегда упустил мгновение, когда Ти-Рекс оказался рядом – подсознание давно не воспринимало его, как противника.
Они мчали колесо к колесу, обходя препятствия и повороты с такой синхронностью, будто проходили эту трасу сотни раз.
Последний отрезок, абсолютно прямой. Последние секунды абсолютного единства со всем миром. Где-то позади, в облаке пыли остались другие, но лишь одно сердце бьется совсем рядом. Жак прекрасно слышал этот стук, не смотря на шум моторов. Как будто между ними нет ничего, и он опять прижимается к обнаженной груди любовника близко-близко, жадно оглаживая резкие изгибы сильного мужского тела, упоённо целуя охуенный рот.
Финиш. Единение с миром разбивается бешеной волной эйфории. Снова первые! Впрочем, иначе и быть не могло… Самодовольная мысль мигом теряется, когда сильные руки напарника захватывают в стальной капкан объятий. Шлемы сталкиваются, позволяя на миг прижаться лицом к лицу, поймать чужой взгляд, где написано все то, что ни один из вас никогда не произнесет вслух.

@темы: слеш